19:08 

Mihailina
поднять электродвигатель! (с)
Итак, пересказ "Сорвиголовы" 2001 года. Спасибо Аффлеку за этот шедевр. За два шедевра. За много шедевров...
А его еще ругают, что он прибухивает. Я бы тоже прибухивала.



Грязный мрачный город, он же – цитадель порока, он же – обитель разврата, шумит где-то вдалеке. На кресте старинного католического собора сидит мужик в костюме дьявола и маске, скрывающей верхнюю половину лица. Слышна полицейская сирена и мышиный писк. Кадр настолько мрачный и нуарный, что нихрена вообще не видно, кроме, разумеется, креста и луны.

Зрители: Мрачный герой на верхотуре. Гниющий под его ногами город. МЫШИ.
Марвел: Это неправильные ассоциации. Мы не DC.
Зрители: Понятно.

В следующей сцене главный герой спускается с потолка на тросе и валится на пол у алтаря. Горят свечи. Кровь расплывается по полу лужей, течет по кресту, кровь стекает из глаз иконы Девы Марии. То, что кровь течет из глаз зрителей, немножко подуставших от тонкой метафоричности супергеройского кино, никого не волнует. К ПАВШЕМУ (несмотря на пафосность сказанного, всего лишь с метровой высоты) бежит священник со свечкой и кадилом. Кадило – исключительно для самозащиты, ничего более тяжелого просто под рукой не оказалось.

Священник: Что это за душа пришла просить ПРОЩЕНИЯ и ИСКУПЛЕНИЯ? В три часа ночи?!
Главный герой: Падре, я согрешил!
Священник: А просто заниматься геройскими делами - без вот этого всего - мы не можем.
Главный герой: Не можем.
Зрители: А вы не DC.
Марвел: А мы не DC.

Зрителей кидают во флешбек, где рассказывается история милого чернявенького мальчика, у которого убили родителя в каком-то переулке. Попутно мальчик лишается зрения и приобретает главгада, расшвыривающегося туда-сюда розами, и суперспособности, какие – непонятно, но, очевидно, уникальные, типа супер-слуха, супер-обоняния и супер-умения-бегать-по-крышам.

Закадровый голос: И затем наш герой решил одеться в костюм дьявола, чтобы одним своим видом пугать преступников! Ну, вы понимаете.
Мальчик: Я стану проклятием этого города! Я отомщу за отца! Я бы и за мать отомстил, но ее звали не Мартой, так что непринципиально.

Выросший мальчик, он же Сорвиголова, раскинув руки, аки крылья, сигает с крыши небоскреба и пускается патрулировать город. Помогают ему в этом тросточка, ножи, бумеранги, тросы и другие технические приспособления, которыми больше не пользовался НИ ОДИН СУПЕРГЕРОЙ В МИРЕ. Внизу, разглядывая ночного мстителя в маске, расхаживают продюсеры «Марвел» с транспарантами «знаем толк в оригинальности».

Сорвиголова тем временем добирается до гнилого бара в гнилом переулке, чтобы найти и покарать гнилого человека. Что ему прекрасно удается.

Гнилой человек: Где этот чертов инвалид?!
Сорвиголова: Не шуми. Я инвалид.



Сражение переносится в пустующее метро. Сорвиголова для начала преступника душит, а потом швыряет на рельсы перед приближающимся поездом. Поезд разрывает преступника налопопам. Сорвиголова с кривой улыбкой наблюдает за происходящим.

Аффлек: Правосудие СЛЕПО. СПРАВЕДЛИВОСТЬ И КУЧА ТРУПОВ. Боже, убийство лучше любых таблеток помогает избавиться от детских комплексов, связанных со смертью родителей! Какое мрачное удовлетворение я испытываю!

С треском разрывается ткань времени. Из дыры выглядывают две головы. Одна в маске летучей мыши, другая без маски, но в красно-синем костюме стриптизера. Вторая голова молча поворачивается к первой и красноречиво на нее смотрит. Первая голова делает вид, что происходящее к ней не имеет никакого отношения.

Сорвиголова: Найдется ли человек, который меня остановит от саморазрушения? И заодно спасет весь город, который, кажется, я такими темпами скоро утоплю в кровище? Подозреваю, что это должна быть женщина!
Вторая голова, удовлетворенно: Не зарекайся.
Первая голова, предупреждающе: Заткни-ись…

Место убийства осматривают местные полицейские. Один из них, комиссар Гордон какой-то детектив, задумчиво изучает знак, оставленный на месте преступления городским мстителем.

Детектив: Ах, этот Сорвиголова. Я обязан раскрыть тайну его личности. И никому потом ее не выдать. Кстати, он точно герой? А то характерные способы убийств, знаки возле трупов, внешне благовидная профессия…
Ганнибал Лектор: Герой-герой.

Тем временем Сорвиголова возвращается в свое логово, расположенное на верхотуре католического собора.

Зрители: С другой стороны - спасибо, что не канализация в опере, правильно?
Автоответчик: Привет, Мэтт! Я твоя очередная баба! Ты чертовски харизматичен, обеспечен и успешен, но, к сожалению, ты меня не любишь! Ты даже не раскрываешь мне тайну своей второй личности!
Зрители: Правильно делает. Его вторая личность живет на чердаке собора, ловит глюки и общается со статуями.
Сорвиголова: Я состраданье за любовь готов принять.
Зрители: Да кто бы сомневался.

Сорвиголова залезает в душ, демонстрируя зрителю всю глубину своего отчаяния. После чего горстями жрет непонятные таблетки и забирается в самопальный гроб с крышкой. Бледный до синевы Сорвиголова с закатившимися глазами погружается в воду, налитую в гроб, чтобы сделать метафору «спасите непутевого, он ТОНЕТ» еще очевиднее. Судя по всему, плачущей кровавыми слезами девы Марии, качающегося креста и торчащих на башке героя ушек рожек было недостаточно. С лязганьем захлопывается крышка гроба.

Зрители: Как страдает… Клаус Кински так не страдал!
Клаус Кински: Да что уж там, я так даже в роли Носферату не страдал.
Носферату, с надеждой: Неужели же я получу новую жизнь? Этот парень никого вам не напоминает? Гроб, бледность…
Зрители: М-м… нет.

Сорвиголове снится сон. Ну, вы в курсе. Сны Веры Павловны. Иконы с архангелами. Могилы родителей. Летучие мыши. В случае Сорвиголовы, правда, все ограничивается приходом монашки, которая склоняется над ним, тряся крестом. Зрители рады уже тому, что монашка не в красно-синем.



Сорвиголова, знатно пожеванный жизнью, вылезает из гроба и отправляется в церковь. Зачем? Чтобы встретиться там со священником. Да-да. Старенький такой дяденька с аккуратной бородкой, регулярно вразумляющий своего воспитанника. Межвременная дыра расширяется. Оттуда высовывается третья голова – с аккуратной бородкой.

Третья голова: Мастер Брюс, я прошу прощения. Вас к ужину ждать?
Вторая голова: Мастер Брюс занят, Альфред. Переосмысляет жзн.

Сорвиголова: Отче, я согрешил. Греховных мыслей мне сладка слепая власть.
Священник: Юноша, хватит сюда ходить. Я не буду благословлять вас на убийства. Вы стали палачом этого мрачного, полного преступности города! Господи, кого я вырастил! Кто же наставит вас на путь истинный? Меня вы не слушаете.
Третья голова, задумчиво: В самом деле, хороший вопрос.
Вторая голова, издевательски: И правда, кто бы это мог быть.
Первая голова, лаконично: Твари.

Днем Сорвиголова, работающий адвокатом, в какой-то кафешке сквозь стекло унюхивает красивую девушку. Как – непонятно.

Сорвиголова: Так. Будем мыслить логически. Я ношу костюм дьявола, пользуюсь репутацией опасного сумасшедшего и еженощно мочу кучу народу. Так?
Зрители: Так.
Сорвиголова: Значит, влюбиться я обязан в самое чистое и невинное существо. Так?
Зрители: Н-ну допустим.
Сорвиголова: И она обязательно ответит мне взаимностью!
Зрители: Какая-то гнилая логика.
Сорвиголова: Ничего не слышу, трам-пам-пам, святость. Хм. Как бы к ней подкатить. Точно!
Зрители: Время метафор. Любовь слепа!

Сорвиголова подходит с просьбой передать горчицу, стучит палочкой по ножке стула и всячески изображает страдающего слепого. Что довольно затруднительно, если у тебя физиономия Базилио. Баба, оправдывая звание святой, вскакивает и срочно о нем заботится. Дело портит только лицо актрисы, полные губы и выпирающая грудь которой наводят на мысли скорее о суккубе, чем об ангеле. Но сценаристы старались.

Сорвиголова: Свет озарил мою больную душу.
Зрители: Однако, здравствуйте.
Сорвиголова: Как ваше имя?
Святая: По отцу я Винтер, по мужу – де ла Фер.
Сорвиголова: Звучит безопасно. А вы были замужем?
Святая: Все там будем. А-ах да, я же исполняю роль невинной. Черт, та же фигня, что и с Генри Кавиллом. Трудно с таким лицом играть святость.

Первая голова, ехидно: Н-да. Прям сочувствую.
Вторая голова, философски, подпиливая ногти лазером из глаз: Себе посочувствуй.
Зрители: А девкой был бы краше.

Святая баба тем временем пытается сбежать от мгновенно влюбившегося Сорвиголовы, но безуспешно, поэтому приходится вступить в драку. Исключительно из девичьего кокетства лэди не ломает позвоночник слепому сразу. Происходит веселый мордобой из боевичков 90-х. Оказывается, что баба умеет драться не хуже Сорвиголовы, знатно дает ему по морде и навешивает люлей.

Сорвиголова, сплевывая зубы на асфальт: Какая женщина. Господи.
Святая: Ах! За мной приехал отец. Он так заботится обо мне. А я так хрупка и так нуждаюсь в охране. А еще я знаю греческий, пару-тройку мертвых языков, умею танцевать…
Зрители: М-м. А летать и спасать журналисток ты не умеешь?
Святая: Я умею спасать придурков в масках. В основном своим самопожертвованием.
Зрители: Тоже подходит.

Через некоторое время влюбленная парочка выходит на крышу – полюбоваться видом на Нью-Йорк.

Святая: У меня тоже детская травма. У меня умерла мать.
Сорвиголова: Да, в комиксах это регулярно происходит.
Святая: А еще за моим отцом и мной охотится наш заклятый враг – лысый бизнесмен.
Марвел: Не DC.
Зрители: Не DC.

Внезапно начинается дождь. Потому что ДОЖДЬ. Ну вы поняли. Поцелуи в супергеройском кино под саундтрек из рекламы бонаквы. Внезапно - так же внезапно, как ДОЖДЬ – начинается мордобой в подворотне. Сорвиголова напрягается. Святую бабу с фамилией Винтер, как ни странно, звуки бьющихся бутылок и крики не напрягают совершенно.

Сорвиголова: Мне нужно идти.
Святая: Останься.
Сорвиголова: Но… борьба с преступностью…
Святая: Хм. А если я возьму тебя за руку?
Сорвиголова: Действительно, на кой мне та борьба. Пусть хоть перережут друг друга.

Влюбленные отправляются в отель, где предаются радостям соития. Предается им в основном баба, валит главного героя на постель и все делает сама. Горит камин.

Вторая голова, истерически: Вот видишь, как легко было его остановить?!
Первая голова, не менее истерически: Вот видишь, как легко было меня остановить?!

Сорвиголова снова отправляется на охоту за нарушителями закона и мочит одного на глазах маленького ребенка. Ребенок плачет. Сорвиголова очень удивляется.

Сорвиголова: Эй, я же хороший.

Мальчик согласно кивает, не рискуя спорить с мужиком в костюме черта, и тихо писается. Сорвиголова осознает, что с его логикой что-то не так, и отправляется в церковь.

Священник: Мальчик мой, нельзя держать все в себе. Поговори со мной.
Сорвиголова: Я не буду говорить о ЧУВСТВАХ, пока объект, к которым я их испытываю, не умрет.

Сорвиголову зовут на бал, где будет прекрасная принцесса из его грез. С принцессой на этом балу они слегка сталкиваются и немножко спорят, пока к ним не присоединяется главный гад.

Лысый бизнесмен: Обожаю сводить людей!
Зрители: Да неужели.
Лысый бизнесмен: Я приятный вальяжный чувак, уверенный в своей безнаказанности.
Зрители: Да неужели.
Лысый бизнесмен: Я дико оригинальный злодей, которого НИКОГДА НЕ БЫЛО В КОМИКСАХ DC, и я…
Вторая голова: … заткнешься нахрен.
Лысый бизнесмен: Ладно-ладно.

На балу начинается эль скандаль. Приспешник главгада убивает тросточкой Сорвиголовы отца святой бабы, которая очень оскорбляется. Сорвиголова в костюме уходит неузнанным. Баба стреляет в него, но почему-то старательно мажет.

Зрители: Минуточку. Злодей швырнул трость… трость почти перехватил Сорвиголова… но не успел… и трость воткнулась в дядю. А баба, которая все это наблюдала, сделала его виноватым.
Аффлек: Ну… не совсем.
Зрители: Выглядело именно так. А в сценарии как написано?

Аффлек прячет за спину лист сценария, на котором строчка «МЕЖДУ ГЕРОЯМИ ПРОИЗОШЕЛ КОНФЛИКТ, НО Я НЕ ЗНАЮ, КАКОЙ» старательно замазана черными маркером.

Зрители: После этого фильма тебе реально надо в церковь. Накопилось – не отмолить.

Сорвиголова возвращается в свое обиталище над Нотр Дамом и громит его.

Первая голова: Ну-ну. Я-то могу себе такое позволить, я миллионер. А у тебя даже квартиры нет, голодранец.
Сорвиголова: Ненавижу свою маску и все, что с ней связано! Где вообще священник, когда он так нужен?
Священник: Сижу в церкви и молюсь, чтобы мне на голову не свалился потолок. А то, знаете ли, завелась пакость на чердаке. Цельную ночь башкой о стену колотится. Никаким дихлофосом не вытравишь.

Наутро Сорвиголова, вылядящий еще хуже, чем обычно, хотя, казалось бы, куда уж, плетется на похороны отца своей бабы. Носферату прыгает, указывая на себя и намекая о параллелях, но его никто не замечает. Баба гордо смотрит вдаль. Похороны унылы чуть более, чем весь остальной фильм.

Святая: Будь проклят этот факинговый факер, убивший моего отца! То есть… ах, да… святость… Он поступил крайне непорядочно.
Сорвиголова: Слушай… драгоценная моя женщина… я тут подумал – может, не надо мстить? Может, это… маленький домик, русская печка?
Святая: Нет. Я ему уши на жопу натяну.
Сорвиголова, беспомощно: Это рожки…
Святая: Ну рожки. Тоже мне, ночь и тьма. Всех положу за справедливость! А то что за город? Некому порядок навести, распустились. У меня убили единственного близкого человека, так что теперь я тут устрою… А если ты не со мной, то и проваливай. Injustice for аll.

Мгновенно начинается дождь. Святая круто разворачивается и уезжает. Сорвиголова остается мокнуть под дождем, потому что так и не завел себе дворецкого, который догадался бы дать ему с собой зонтик. Картина впечатляет своей безысходностью. Под дождем остается лежать выпачканная в грязи роза.

Зрители: Ох, что ж не белая-то.
Чей-то дребезжащий голос: Перед грозой так па-ахну-у-т ро-озы-ы!
Сорвиголова: Ну ты еще не нагнетай!

Наступает вечер. Святая баба, святой быть уже почти переставшая, готовится к мести Сорвиголове, избивая ножами мешки с песком под песню Evanescence «Bring Me to Life». Параллельно, под тот же трек, Сорвиголова вздыхает где-то на крыше, потому что это основная жизненная задача любого героя в маске. Где-то на строчках «I’ve been living a lie, there’s nothing inside» Сорвиголова надевает маску. Где-то на фразе «without a soul» баба запускает в разрисованный красной краской мешок последний нож. Зритель благодаря нехитрому монтажу догадывается, что бой с мешками будет и то более динамичным, чем бой собственно с Сорвиголовой – если Evanescence повоет еще минут пять, тот сиганет с крыши без бэт-когтей ИЛИ КАК ОНО ЗДЕСЬ НАЗЫВАЕТСЯ и обломает своей бабе все удовольствие в принципе.

Вскоре на крышу, где сидит Сорвиголова и сушатся простыни (ночью), является баба. Сорвиголова бродит среди простыней, шаря руками под каждой, и почему-то очень удивляется, когда из-под одной, ярко-красной, в сиянии плаща выскакивает его великая любовь с ножами.

Баба: Ага-а!
Сорвиголова: Ты меня убьешь?
Баба: Не знаю. Сценаристы говорят, что я должна, но мотивация у меня какая-то идиотская, как обычно в супергеройских фильмах.
Сорвиголова: Родная, мы должны драться. Но не беспокойся, скоро мы помиримся. Несмотря на тот факт, что наших матерей зовут по-разному.

Начинается драка. Баба, не напрягаясь, втыкает в грудак Сорвиголове нож – куда-то слева. Сорвиголова при этом не только умудряется дышать, но и пытается выдать какую-нибудь метафору о кровоточащем сердце в стиле Перл Харбора. Зрители настолько в охурмении от происходящего, что уже не задают никаких вопросов. Баба, скривив лицо в презрительной гримасе, срывает с Сорвиголовы маску.

Баба: Господи!! Кто ж знал!!! Правда, ты носишь маску, открывающую нижнюю половину лица... И потом, я узнаю тебя по голосу…. В отличие от некоторых, ты еще не завел дворецкого, который бы помогал тебе сконструировать устройство для грррр… Но все-таки – КТО Ж ЗНАЛ!!
Сорвиголова: Я не хочу тебя терять! Пару литров крови потерять мне, кстати, не впадлу, поэтому я буду болтать и дальше, пока все не вытечет.

Слышится свист. Это злой-презлой бандит.

Баба: Мне пора бежать. Ну, знаешь, убивать твоего заклятого врага. Террориста, который регулярно высыпает из рукавов карты. И вообще любит пошутить.

Временная ткань расползается шире. Оттуда выглядывает четвертая голова – зеленоволосая.

Четвертая голова: А что происходит, Бэтси?
Зрители: СЕКТОР ПРИЗ НА БАРАБАНЕ.

Злой-презлой бандит убивает бабу. Та ползет к Сорвиголове, Сорвиголова ползет к ней. Они сползаются на одном метре крыши. Баба, перед смертью вновь ставшая святой, умирает.

Сорвиголова: Священника мне!
Священник: Неужели кровь в организме кончилась?
Сорвиголова: Нет, она все еще сочится из моего измученного сердца.
Священник, проверив: Нет, больше не сочится. Из вас все пять литров вытекло!! Как вы вообще бегаете по крышам с дырой между ребер?! Экзорцизм, немедленно!
Сорвиголова: Да уйди ты со своим экзорцизмом! Она была единственным светлым пятном в моей жизни! Нет! Господи, нет! С другой стороны, ее смерть вдохновила меня и заставила задуматься. Кажется, я жил неправильно. Решено – больше никаких убийств, а вырасту – соберу лигу. Какую-нибудь.
Четвертая голова, ехидно: А я смотрю, у вас тут своя атмосфера, да?

Остальные головы синхронно поворачиваются к четвертой. Четвертая голова, швырнув в морду первой карту, с хохотом исчезает в портале. Тем временем в церковь входит злой-презлой бандит. Сорвиголова, отодрав себя от пола, избивает его и выкидывает из окна на капот машины. К телу съезжаются машины скорой, как всегда в американских боевиках, пять на одного.

Сорвиголова: Я герой. Я не убиваю людей.

Сорвиголова мгновенно выздоравливает и снова выбирается на крышу.

Зрители: Хм. Что мы имеем… мужик в старомодной одежде, которого все боятся… спит в гробу… бегает по городу с дыркой в груди, но восполняет кровопотерю, порешив противников… Все о нем знают, но никто толком не видел, кроме его жертв… Мы поняли.
Носферату: Ну наконец-то.
Зрители: Он Бэтмен.
Носферату: ненавижу вас всех.

Сорвиголова добирается до лысого бизнесмена и вступает с ним в честный бой, где сперва получает по морде, а потом навешивает противнику люлей. Когда наступает время последнего, решающего удара, Сорвиголова останавливается.

Сорвиголова: Я его не убью. Я его посажу. Теперь я не убиваю людей. Больше никаких меток, никаких клейм и никаких смертей! Теперь я стану благородным героем!
Лысый бизнесмен, беспомощно: Совсем тронулся.

Вторая голова, оживляясь: Брюс, Брюс, я слышал ересь, которая начиналась абсолютно так же!
Первая голова, яростно: Куда ты вообще лезешь?! Ты же умер!
Вторая голова: Но я обещал вернуться.

Сорвиголова прыгает с крыши. Затемнение. Где-то в черноте экрана бегает всеми забытый Носферату.

Конец.


URL
   

In memoriam

главная